Портовики Ростовской области пожаловались на не чищенный 10 лет Дон и нашли виноватых

12 млрд рублей, заработанные на судоходстве, пошли непонятно куда

08.04.19

Фото ТАСС

Ростовской области к 2024 году предстоит в полтора раза увеличить несырьевой экспорт. Такая цель поставлена в новых президентских национальных проектах. Однако главный транспортный путь для донского экспорта — река Дон — испытывает известные трудности с глубинами. По словам экспертов, которых собрала Торгово-промышленная палата Ростовской области, участок реки от Аксая до Азовского моря не чистится от ила уже более 10 лет, и такими темпами Дон вполне может повторить судьбу реки Темерник.

По словам председателя совета директоров АО «Ростовский порт» Олега Грызлова, у Дона много различных проблем, но все они упираются в главную — существование ФГУП «Росморпорт». Появилось оно сравнительно недавно, меньше 20 лет назад, когда морские администрации портов ликвидировали, а их полномочия (в основном — по сбору различных платежей) и имущество передали новой организации — «Росморпорту», созданной по решению правительства России.

— В названии этой организации главное слово «унитарное», — говорит Грызлов. — То есть это не государственная структура, а коммерческая. Перед ней поставлена абстрактная задача по развитию транспортной инфраструктуры, в том числе и поддержанию глубин. А по факту она занимается зарабатыванием денег. И деньги, которые раньше попадали напрямую в бюджет, сейчас оседают в этом ФГУПе. Потому что оно перечисляет государству не процент общего дохода, а процент от прибыли. Если его не будет, так оно ещё и попросит у государства денег.

По его словам, до начала зоны ответственности Азовского бассейнового филиала «Росморпорта» (3121-й км реки) у Дона всё хорошо. Там работают бассейновые управления, которые «сидят на бюджете и работают по госзаданию». Они следят за глубинами, ежегодно защищают бюджет и отчитываются за выполненные работы. В зоне ответственности «Росморпорта» на Дону, говорят портовики, дноуглубительные работы не проводятся почти 10 лет.

— По факту, 10 лет «Росморпорт» собирал деньги и ничего не делал, — считает Грызлов. — Руководитель Администрации морских портов Азовского моря недавно озвучил, что в 2018 году у нас было около 12 тысяч судозаходов. 1 миллион рублей стоит судозаход, вход и выход {в порты Азовского моря}. Получается несложная математика — 12 млрд рублей за год. Где деньги? Куда они пошли?

Есть ещё и платежи, которые «Росморпорт» собирает с портов Ростовской области за пользование федеральным имуществом. Однако и тут, говорит Грызлов, есть свои странности:

— Было портовое имущество, которое мы построили за свои деньги, но потом передали на федеральный баланс. Потом это имущество передали ФГУПу, и оно увеличило нам арендную плату за пользование тем, что мы построили. Но государство, напомню, этих денег не видит. Только 25% от прибыли, хотя раньше мы напрямую платили в бюджет.

Как говорит Грызлов, сейчас якобы стоит вопрос об акционировании «накачанного деньгами» «Росморпорта». Фактически, заявляет он, это может означать кражу госимущества. При этом акционирование не обязательно означает приватизацию, собственность «Росморпорта» может и дальше оставаться государственной, однако, говорит Грызлов, такая схема «не ноу-хау и можно надеяться на лучшее, но опыт подсказывает, что произойдёт нечто другое».

Вопросы к «Росморпорту» есть и у руководителя Донского бассейнового водного управления Евгения Дорожкина.

— Волгодонская бассейновая администрация и Азово-Донская бассейновая администрация занимаются Доном на своих участках выше устья. Там никаких проблем нет. А вот там, где начинается зона ответственности «Росморпорта», начинаются сложности. Почему? Нам непонятно. До Аксая Дон {судовой ход} расчищен, — говорит он.

Есть у «Росморпорта» и защитники. Так, директор АО «Азовская судоверфь» Александр Олейников говорит, что требовать что-либо с ФГУПа, у которого нет нормального флота, сложно.

— Дноуглубительных караванов у них нет. Зато есть запрет на приобретение судов старше 10 лет. Новое дноуглубительное судно стоит под миллиард, и строить его года два. Кто даст деньги? Да и все подобные мощности остались на Украине, — говорит он.

Однако, по словам начальника службы дноуглубительных работ и средств навигационного оборудования Азовского бассейнового филиала «Росморпорта» Руслана Зозули, всё не так плохо. Той техники, которая есть, пока хватает. Кроме того, уже ведутся переговоры с центральным аппаратом ФГУПа о передаче филиалу ещё одного дноуглубительного каравана.

Что касается обвинений со стороны портовиков, то, говорит Зозуля, вины «Росморпорта» в отсутствии текущих работ по дноуглублению нет.

— У коллег, которые выше по реке, есть Кодекс внутренних водных путей, который позволяет им вести работы без проекта. Для нас он обязателен. Каждый проект — это полтора года, все надзорные органы имеют установленные законом сроки согласований и всегда полностью их выдерживают. Поэтому всё так долго. То, что говорят, что ФГУП не работает... оно обеспечивает безопасность мореплавания на всех объектах, которые за ним закреплены, — поясняет Зозуля.

Он добавил, что на самом деле дноуглубительные работы в районе Ростова «Росморпортом» проводились в 2011 году, в районе Азова — в 2016 году. При этом по каким-то причинам и портовики, и даже министерство экологии Ростовской области в один голос говорят, что никаких работ не велось уже 10 лет. Однако, по словам Зозули, всё ещё проще — «Росморпорт» в принципе никому ничем не обязан:

— «Росморпорт» соблюдает те габариты, которые ему передали федералы. У реки Дон их нет. Какие-то габариты присутствуют в заданных постановлениях портов Ростов и Азов. А это обязательные документы с точки зрения капитанов морских портов, но не «Росморпорта». И вот говорят, что мелко... У нас Ростовский порт сейчас выпускает суда с осадкой 3,7 метра, и никаких ограничений не вводилось.

Тем не менее проект по дноуглубительным работам в районе Донецкого переката на Дону сейчас разрабатывается. Планируется, что в 2021 году филиал «Росморпорта» приступит к его реализации.

Добавим, что исполнительная и законодательная власти Ростовской области сейчас сосредоточили свои усилия на том, чтобы изменить морской статус реки Дон на участке от Аксая до Ростова и дальше. Это должно дать «Росморпорту» право как минимум проводить дноуглубительные работы без создания проектов. Однако, по словам того же Олега Грызлова, если это и получится, то лишь позволит не сделать ситуацию ещё хуже. Если же говорить о развитии портов (а этого требуют новые президентские нацпроекты), то начать надо с того, чтобы ликвидировать «Росморпорт» и все его филиалы.

Автор: Сергей Деркачёв